О фильме: Нейрохирург Том Крео проводит опыты с обезьянами, пытаясь остановить процесс размножения раковых клеток. У его жены Иззи опухоль мозга. Каждый новый день может стать для неё последним, а потому работа ведётся почти круглосуточно. Эксперимент с экстрактом коры экзотического дерева даёт неожиданный результат: генетический механизм старения клеток остановлен. Крео чувствует, что как никогда близок к разгадке. Иззи даёт мужу свой незаконченный роман «Фонтан», об испанском конкистадоре, отправленном королевой на поиски Древа Жизни… В далёком будущем мужчина медитирует внутри загадочной Сферы, летящей в космическом пространстве. Он ухаживает за деревом, общаясь с ним как с живым существом… С момента выхода на экраны предыдущей картины Даррена Аронофски минуло шесть лет. С 2002 года, когда «Фонтану» был дан зелёный свет, сценарий и замысел будущей картины претерпели ряд существенных изменений: кастинг, место действия, бюджет. По большому счёту, всё это не имеет прямого отношения к фильму, с другой стороны, зачастую именно подобная «околокиношность» влияет на конечный результат. Наверняка Аронофски прекрасно понимал, что после триумфального «Реквиема», быстро превратившегося в мини-культ для любителей американского indie-movie, зритель поблажки не даст, а, напротив, будет судить по гамбургскому счёту, оценивать исходя из собственных ожиданий. Проще говоря, у режиссёра был один единственный выход – снять пусть не шедевр, но картину, за которую будет не стыдно в контексте предыдущих, обласканных фестивальной публикой, работ. Цель, как известно, определяет средства её достижения. «Фонтан», в этом смысле, не стал исключением из правил. В атмосфере и настроении всей картины чувствуется желание режиссёра доказать, что он может не просто повторить предыдущий успех, но и развить его. Для этого Аронофски обращается к сложной теме Жизни и Смерти. Скрещивание трёх сюжетных линий (прошлое – настоящее – будущее) недвусмысленно намекает на амбиции режиссёра, а именно – не просто поведать ещё одну историю любви, но и осмыслить её, насытив картину множеством эзотерических аллюзий. Легко озвучить, трудно исполнить. В итоге Аронофски проваливается и тонет в болотце им же созданных смыслов. Временная карусель с конкистадорами, нейрохирургами и медитирующими мужчинами в сферах радуют глаз лишь поначалу. Ближе к середине, когда замысел режиссёра начинает сочиться из каждого кадра, все эти «полёты во сне и наяву» производят впечатление избыточных функций, важных поначалу, но совершенно необязательных в конце. У самого же Аронофски уже просто не остаётся выбора, на этом приёме построена вся картина, и зритель вынужден следить за своеобразным триптихом до финальных титров. Главная проблема «Фонтана» не в низком уровне реализации (с этим у Аронофски, как всегда, всё в порядке), а в центральной идее, визуализации которой и посвящена лента. Режиссёр сам повысил ставки до предела, неверно (или самонадеянно) рассчитав собственные силы. Пока что Аронофски всё же спринтер, умеющий ёмко и ярко реализовывать задуманное в рамках скромных средств и ресурсов. Проект «Фонтан» – изматывающий марафон, выиграть который режиссёру не удалось.